Авторизация все шаблоны для dle на сайте newtemplates.ru скачать

Запрещены документы и адвокаты. Как нарушают права осужденных в ИК-5 Ленинградской области

В редакцию «Гулаг-Инфо» поступило письмо по факту многочисленных нарушений закона в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. По причинам безопасности обратившегося родственника осужденного, мы не будем оглашать его данные.


«Обращается к Вам жена осужденного, отбывающего наказание по приговору в ФКУ ИК-5 по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Он отбывает наказание в ИК-5 с 2018 года.

Администрацией ИК-5 в явной форме и грубо нарушаются права осужденных. Мои обращения в УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и УРН ФСИН России по восстановлению справедливости носят характер нелепых, хамских отписок. (данные документы имеются в распоряжении редакции – прим.ред.)

Администрацией ИК-5 в ходе проведенного обыска помещений в мае 2018 года у моего мужа были изъяты:

- материалы уголовного дела;

- копия приговора Невского районного суда Санкт-Петербурга;

- копия апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда

Согласно инструкции, осужденные не могут видеть какие вещи у них конфискуются, т.к. они находятся в отдельном помещении и подвергаются личному обыску. Обнаружить пропавшие вещи осужденные могут лишь по факту, вернувшись в жилые помещения отряда.

Результаты обысков (осмотров) оформляются актами. Обыски проводятся по графику, утвержденному начальником колонии.

Следует учесть, что сотрудниками ИУ были нарушены требования Правил внутреннего распорядка (далее Правила), а именно не был составлен соответствующий акт об изъятии, а также акт передачи вещей для хранения на складе. Данные документы в соответствии с требованиями Правил даются под роспись осужденному.

19 октября 2018 года на личном приеме у начальника ФКУ ИК-5 полковника внутренней службы Геннадия Владимировича Сальчука, я сообщила о том, что у моего мужа были изъяты вышеперечисленные документы. Сальчук меня заверил, что данные документы хранятся на складе в личных вещах моего мужа и что в ближайшее время он сможет их забрать.

Но такого не случилось.

6 декабря 2018 года мной было направлено в адрес ИК-5 письмо с просьбой выдать документы.

14 февраля 2019 года было отправлено повторное письмо.

Не получив никакого ответа, 25 марта 2019 года, с письменной жалобой я обратилась в УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, рассчитывая, что моя просьба о возврате документов необходимых для дальнейшего обжалования в установленном уголовно-процессуальным законодательством РФ вступившего в законную силу приговора будет услышана.

Но когда я получила письменный ответ за подписью Врио начальника УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области полковника внутренней службы Р.А. Семёнова о проведенных мероприятиях я была в УЖАСЕ.

Полковник внутренней службы Семёнов Р.А. не знает, что такое документы установленного образца! По его мнению, материалы уголовного дела – не являются документами, выполненными в установленном Законодательством РФ порядке, что хранение осужденным материалов уголовного дела либо их копий, является запрещенными вещами и предметами с учетом требований пункта 18 приложения № 1 к Правилам. Также в своем ответе Семёнов Р.А. сообщает, что в случае обнаружения и последующего изъятия у осужденного материалов уголовного дела, к моему мужу были бы применены меры взыскания и в дальнейшем муж был бы признан злостным нарушителем. (Полный текст ответа прилагаю).

По существу данного мне ответа я обратилось с жалобой и просьбой дать разъяснения полковнику внутренней службы Семёнову Р.А., какие документы в соответствии с действующим законодательством РФ являются установленного образца в УРН ФСИН России.

Но, получив ответ, я узнала, что согласно информации, предоставленной УФСИН России по СПб и ЛО никакие документы у моего мужа не изымались.

15 мая 2019 года в ходе личной беседы с сотрудниками УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и УРН ФСИН России мой муж сообщил, что в ходе очередного обыска (проводимого 15 мая 2019 года) у него третий раз пропал баул, оформленный и хранящийся в соответствии с Правилами, документы, а именно:

1. постановление об отказе в условно-досрочном освобождении вынесенное 21 марта 2019 года Колпинским районным судом Санкт-Петербурга (1 экземпляр),

2. протоколы судебных заседаний,

3. Постановление Колпинского районного суда о снижении наказания в связи с применением нового закона в соответствии со ст. 397 п.13 УПК РФ.

Его просьба составить соответствующий акт об изъятии баула и документов во время обыска, осталась без внимания.

Полагаю, что сотрудники ИК-5, а действуя с ними в одной упряжке сотрудники УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и УРН ФСИН России прикрывают противоправные, незаконные действия, с целью лишить осужденных возможности своевременно обращаться с предложениями, жалобами, а также для дальнейшего обжалования в установленном уголовно-процессуальным законодательством РФ вступившего в законную силу приговора.

Также считаю, что я несу материальный ущерб, т.к. у моего мужа сотрудниками ИК-5, в ходе проведения обысков в отряде, безвозвратно, без составления документов в соответствии с требованиями Правил, отбираются сменные вещи установленного образца, приобретенные мной, за свои собственные денежные средства, либо в специализированных магазинах, либо в магазине расположенном на территории ИК-5.

В рамках заключенного соглашения об оказании правовой помощи моему мужу 27 мая 2019 года, адвокат приехалв ФКУ ИК-5 для свидания с осужденным.

При наличии в личном деле осужденного ранее написанного заявления о допуске к нему адвоката с указанием всех необходимых данных защитника. Также телефон защитника внесен в список разрешенных телефонных переговоров.

В 9 часов утра адвокат начал оформление документов для прохода на режимную территорию, получил пропуск.

На оформление документов ушло минут 10.

Моего мужа в 9 часов 30 минут вызвали в ОВР для написания еще одного заявления на свидание с адвокатом. Сказали, что бы ожидал приглашения.

Однако свидание не состоялось по неизвестным причинам.

Учитывая факт того, что прибывшие адвокаты в течение часа зашли и вышли со свиданий со своими подзащитными.

Защитник моего мужа уехал из ФКУ ИК-5 спустя девять часов ожидания приглашения для проведения свидания, а именно в 18 часов, конкретного времени, когда будет назначено свидание защитнику не сообщалось и он был вынужден ожидать приглашения в течение всего рабочего дня.

Приглашения на свидание со своим защитником мой муж так и не получил.

Действия администрации ФКУ ИК-5 в явной форме нарушают действующее законодательство, право адвоката на беспрепятственную встречу с подзащитным, также в полном объеме нарушено Конституционное право моего мужа на защиту.

Я расцениваю действия администрации ИК-5, как умышленную провокацию направленную на лишение моего мужа реализовать в полном объёме Конституционного права на защиту.

На данный момент мной написаны жалобы в Генеральную прокуратуру Санкт-Петербурга, но учитывая сложившуюся практику – рука руку моет, я думаю, что мне не приходится рассчитывать на восстановление нарушенных в полном объеме прав моего мужа.»

скачать dle 12.0
рейтинг: 
Оставить комментарий
  • Лента
  • Популярное
  • Комментируют
Мы в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Одноклассники